Роман






Повесть первая.
ПРИРУЧЕНИЕ ДРАКОНА.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Эпизод 1

Так повелось с давних пор, даже упрямая память скал уже не расскажет о тех временах. Когда по холодному шелку ночи растекается золотистый предрассветный нектар, когда тени прячутся в узкие переулки, первые нити солнца начинают ткать полотно желтого неба. Краски сначала робко, потом смелее разбегаются по холмам. Мир делает долгий вдох, вбирая прохладу и свежесть этого раннего часа, замирает еще на миг и радостно выдыхает: утро!
Один рассвет был особенным. Не потому, что он отличался от прочих, а потому что он был первым. В свой первый рассвет Мир был сильно удивлен. Мир любовался и изучал себя: травинка за травинкой, камешек за камешком. Примерно к полудню Мир понял – он прекрасен. И в Мире появилась любовь. Искреннее, радостное и безмятежное чувство. Мир любил себя. И все реки и горы, все леса и пустыни, все живое и застывшее любило себя. В этом не было тайны, магии, или откровения. Это было просто – счастье…


- …другие детки, другие сказки, - вздохнула задумчиво мама и положила между страниц открытку, где сквозь коридор пушистых заснеженных елей виднелся ажурный домик, весь в рождественских огоньках.
На небе мерцала яркая звезда. Снег падал на подоконник большими ласковыми хлопьями. Комната едва заметно колыхалась, плавно перетекала из оранжевого света ночника, сквозь мягкий сумрак, в сиреневые блики ночного окна. Красивая резная кроватка дарила едва различимый запах сосны, вплетающийся золотистой ленточкой в очарование зимней ночи.
Под тенью нежных детских ресниц копошился сон. Голос мамы становился все дальше, а сказка продолжалась сама по себе, без слов и пауз, сказка как сказка. Она катилась по незримым рельсам сквозь оранжевое и сиреневое, к далеким, одному Богу ведомым берегам. Как жизнь. Как мир. Как любовь.

Это была последняя страница из книги сказок, которую мама прочитала Анне, да и саму книгу никто больше не видел. В ту безмятежную ночь в зеленом старом доме по улице Рязанской случился пожар.
Говорят, загорелась проводка. Огонь подкрался к спящим людям и хищно набросился на здание, манящее старым деревом лестниц и потрескавшимся маслом картин на стенах. Он слизывал шторы и обои, мебель и человеческую плоть. В считанные минуты пожар охватил весь дом на четыре квартиры. Люди не успели отпереть решетки на окнах. Они бы не успели даже найти ключи. Они просыпались, чтобы умереть. Один за другим. Отчаянно втягивали горький ядовитый воздух, чтобы позвать на помощь, чтобы побороть ужас, чтобы очнуться от кошмарного сна – но вместо крика из легких вырывался хрип. Один за другим, жильцы дома захлебывались последними глотками своих жизней, тонули в пылающем доме.
Соседи увидели пожар, когда было слишком поздно. Приехавшая с ревом пожарная команда залила насытившийся огонь. Уже светало, когда смогли обыскать развалины. Здесь даже мародерам было бы нечем поживиться. Во всех квартирах по очереди находили жильцов, в основном, в своих постелях. Даже нелепо обгоревших, их узнавали соседи по улочке.
Вот в специальную «Скорую» несут прикрытую простыней старушку из квартиры 1. Она прошла войну и послевоенные годы. Она вырастила сына, похоронила мужа. Ее внуки уехали в Москву лет пять назад, и каждое письмо было для старушки праздником. Все стены ее скромно обставленной квартирки были увешаны фотографиями родных. Последние пару месяцев она болела. Это не была простуда или давление, нет, бабушка была крепче многих молодых. Просто она тосковала, одна.
А это пара из квартиры 2. Им около сорока, детей у них не было, даже приемных. Они работали дни напролет, а по ночам у них часто засиживались гости, и играла ненавязчивая музыка. Хотя и Женя, и Антон были милы и общительны, соседи немного их сторонились. Может, просто люди другого круга. Они и переехали то сюда позже других.
В третьей квартире жили Мария и Олег, их дочь благополучно поступила в институт в Питере, на третьем курсе вышла замуж. Радоваться бы и гордиться. Но Мария и Олег часто стали ссориться после ее отъезда. Катя не приезжала теперь даже на каникулы. Ходили слухи, что у нее должен родиться ребенок. Мария неохотно говорила о своей дочери, словно стеснялась. Тем больше складывалось домыслов.
Квартира 4. Когда тела стали выносить оттуда, сердце замерло даже у жадных до сплетен старух, которые дни напролет плевались семечками, сидя на скамейке, и доживали свой век, то и дело примеряя шкуры окружающих. К обитателям четвертой квартиры у окружающих было особое, трепетное отношение. Галя, врач, не раз приходила на помощь соседям. Она была образована, умна, немного замкнута, хотя это сходило за скромность. Галя была потрясающе красива. Тонкие черты лица, темные слегка вьющиеся волосы – таких женщин рисуют в книгах сказок как принцесс или фей. Игорь, ее муж, был отставным военным и теперь имел свое дело. Его мастерская выпускала эксклюзивную мебель и предметы интерьера. Резные стулья и изящные зеркала, напольные лампы и роскошные кровати – у него был великолепный вкус и золотые руки. И дочь, у них была маленькая дочь, четырехлетняя Анна.
Зеваки приготовили свои сердца для десерта на пиру огорчения. Старухи схватились за носовые платки, не отрывали взгляд от парадной – точнее, того места в руинах, где когда-то был парадный вход в красивый старый дом по улице Рязанской. Они знали, что больше в доме не было никого, даже кошки. Все ждали маленького обгоревшего тела Анны, чтобы разразиться воем погромче пожарной сирены, выпустить последние слезы и отправиться на скамейку дожевывать ощущения.
Высокий пожарный в запачканном костюме шел из угольной темноты торопливо, нес на руках ребенка. Но Анна не лежала безжизненно. Пожарный растерянно улыбался. Девочка была жива, совершенно невредима - только сильно промокла и дрожала на январском ветру.
- Одеяло! Дайте одеяло! – крикнула врач из «Скорой» и схватила маленькое чудо в теплые руки. - Слава Богу, хоть кто-то… - шептала женщина.
Анна не плакала и, казалось, не была даже напугана. Она очень внимательно осмотрела то, что осталось от ее дома, скользнула взглядом по толпе зевак и молча отвернулась. Девочку укутали и посадили в карету «Скорой помощи». В последний миг, когда уже закрывалась дверь, Анна обернулась на окна второго этажа и почти равнодушно прошептала: «До свидания, мама».
На город между тем спустился туман, дурманящий запах смерти расползался по подворотням. Пожарный, сам до конца не понимающий произошедшее, словно сквозь сон, сбивчиво отвечал на вопросы обступившей толпы – он был нелепо счастлив.
Повесть первая.
ПРИРУЧЕНИЕ ДРАКОНА.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ--Эпизод 1

Дальше

Источник
Похожее на нашем портале

Старинное гадание на рунах Старинное гадание на рунах

2-05-2010, 18:20 Старинное гадание на рунах ... Добавил admin | Категория: Гадания | Комментарии: 0 | Просмотров: 1899 Руны – удивительные старинные магические алфавитные знаки, которые в прошлые времена вырезали на дереве и высекали на камнях.

Билайн повышает цены. Почему? Билайн повышает цены. Почему?

Билайн повышает цены. Почему? 22.11.2012 - 12:44 Сотовый оператор «Билайн» объявил о переменах в популярнейшем тарифе «О!

Цой Виктор Робертович Цой Виктор Робертович

Цой Виктор Робертович Ректификация гороскопа С большой долей вероятности можно утверждать что Виктор Цой родился не раньше полудня.

Ознакомьтесь